Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза Курс валют предоставлен сайтом old.kurs.com.ru
Вдогонку к козыревской передаче на До///де, где мы с ним вспоминали 90-е годы, перестройку и перестрелку, хочу показать и объяснить один артефакт из той эпохи, который в передаче обсуждался предметно и подробно: Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза Это два советских загранпаспорта. Как видите, отличаются они тем, что один исполнен от руки, а другой — на пишущей машинке. В какой-нибудь другой стране это различие в докомпьютерную эпоху могло бы носить случайный характер и объясняться неодинаковой оснащённостью двух паспортных столов оргтехникой, или тем, что один паспорт выдан за полгода до второго. Но в СССР — как и в современной российской правоохранительной системе — каждая ничтожная закорючка имеет высший сакральный смысл. Дихотомия «чернила vs машинопись» в советских загранпаспортах — не исключение.

От руки в ОВИРе выписывался паспорт, годный только для поездок по соцлагерю — Болгария, Венгрия, ГДР, ПНР, Румыния, ЧССР. Для посещения всех этих стран советскому танкистучеловеку их въездная виза не требовалась. И внутри того самого соцлагеря перемещение между странами было безвизовым — как для их граждан, так и для советских гостей. Но вот для выезда из СССР в любую заграницу советскому человеку нужно было получать разрешение на выезд, формально от Отдела виз и регистрации МВД, фактически — от КГБ. Частному лицу полагалась однократная виза на каждый выезд. Для её получения нужно было представить какое-то обоснование поездки (приглашение, турпутёвку, письмо от организации о направлении в зарубежную командировку), два экземпляра довольно подробной анкеты, характеристику с места работы/учёбы за подписью парторга, профорга и директора предприятия, оригинал загранпаспорта, а также заполненную с одной стороны почтовую открытку с маркой за 3 коп. Когда ОВИР принимал решение по просьбе гражданина о разрешении однократного выезда за рубеж, он на этой открытке ставил штамп с приглашением заплатить пошлину (31 рубль за соцстраны, 201 — за капстраны), явиться с квитанцией и забрать готовый паспорт в приёмные часы. Или не забрать, если отказали, но тогда уж и пошлину не платить… Процедура оформления трёхдневной командировки в Софию и эмиграции в Израиль навсегда была в части требований ОВИРа совершенно идентичной. То есть человеку, который собирался с позором лишиться работы, жилья, советского гражданства, 500 рублей за отказ от него, всех паспортов и любой надежды на последующий въезд в СССР, нужно было сперва обойти местком, партком и администрацию своего учреждения, и собрать там характеристики, подтверждающие, что он достаточно «в быту скромен, с коллегами по работе общителен», чтоб Комитет государственной безопасности согласился без опасений отпустить его в логово сионистского агрессора. Так Израиль официально назывался в советских газетах с тех пор, как в июне 1967 года разбил армии египтян, иорданцев и сирийцев в Шестидневной войне — а СССР в ответ расторг дипотношения. Впрочем, вернёмся к советским паспортам и их высоким смыслам.

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

На второй иллюстрации мы видим, что сами по себе одноразовые разрешения оформлялись тоже по-разному, в зависимости от направления выезда. Название капстраны, срок и цель поездки в неё вбивались на пишмашинке.

При разрешении на выезд в безвизовые соцстраны (которых было на свете в 20 раз меньше, а разрешения туда требовались чаще) дату вписывали по-прежнему от руки, зато название страны и цель поездки оттискивали с помощью штемпеля, экономя труд писаря.

Такая вот советская бюрократическая эргономика, самая эргономичная в мире.

В верхней части каждой страницы с разрешением на выезд оставлено место для двух советских печатей о пересечении границы-на-замке. По этой простой причине одним разрешением просто технически нельзя было воспользоваться два раза. Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

В нижней части страницы — отметка госбанка о продаже выезжающему гражданину валюты, с указанием либо проданной суммы в рублях, либо срока, из которого она рассчитывалась.

Каждый счастливчик, получивший разрешение на выезд, имел право поехать в банк на улицу Бутлерова и обменять у государства свои деревянные рубли на ту или иную форму инвалюты.

Годичная квота для каждого типа страны и поездки устанавливалась постановлением Совета министров СССР, и в 1980-е она была, по моим ощущениям, очень щедрой.

Особенно для капстран, куда можно было на год поменять 900 рублей — по официальному советскому курсу, где доллар стабильно стоил 63 копейки, чехословацкая крона — 10 копеек, а немецкая марка, независимо от того, восточная или западная, — 30 копеек.

В реальности к 1988 году доллар на советском чёрном рынке вырос уже до 10 рублей, а банки Западного Берлина обменивали одну бундесмарку на 10 марок ГДР совершенно официально, с квитанцией и кассовым чеком. В продвинутой в этом смысле Варшаве (через которую проходил любой поезд с Белорусского вокзала на Берлин, Прагу, Париж и Лондон) грузчики на вокзале скупали доллары вообще по 25 рублей…

Сколько на этой фантастической карусели обменных курсов мог за одну командировку заработать простой советский чекист, с правом на ношение валюты — страшно себе представить. Но была среди выезжающих советских граждан одна категория, которая этих щедрот государства на себе не испытала.

Евреи, отбывавшие на ПМЖ в Государство Израиль, имели право из всех своих личных денег поменять на доллары 90 советских рублей на человека. По курсу выходило 143 доллара в «моём» 1990 году. Это были все сбережения, которые им разрешалось вывезти из СССР.

Как тут не вспомнить анекдот про попугая, требовавшего права на выезд «хоть тушкой, хоть чучелом».

Конечно, загранпаспорта вспомнились мне прежде всего в связи с эфиром у Козырева, но ничуть не менее актуальный сегодняшний контекст для этих воспоминаний — последние инициативы Ирины Яровой и Ко., посвященные ограничению на выезд россиян из страны, под самыми разными предлогами.

Отличие между советскими порядками и тем, что предлагают Яровая с Озеровым — в том, что советская власть ограничивала всех подряд, а взбесившийся принтер предлагает ввести запрет выезда в качестве персональной внесудебной расправы для отдельных категорий неугодных власти лиц.

Например, тех, кого «предупредили об ответственности за экстремизм» — как академика Юрия Рыжова, которому прокурор вынес такое предупреждение просто за поданную городским властям заявку на проведение мирного, санкционированного шествия памяти Бориса Немцова. Никаких действий, дающих основание предупреждать про экстремизм, Рыжов не совершал. Обвинить его не в чем.

И предупреждение — мера совершенно беззубая. Но по законопроекту Яровой она должна отрастить зубы, став формальным поводом для закрытия академика за железным занавесом сроком на 5 лет.

А общее между предложением Яровой и советской практикой ограничения выезда — их абсурдность, дебильность и полная неэффективность для решения каких-либо полезных государству задач. Утечкам мозгов, бегству из СССР учёных, спортсменов, музыкантов, писателей и художников этот режим помешать не мог.

Как не мешал он ни вербовке иностранных агентов внутри СССР, ни бегству на Запад советских силовиков, с ранних сталинских лет до поздних горбачёвских.

Этот режим всего лишь создавал у ряда категорий советских людей лишний повод задуматься об эмиграции: каждый раз, оказавшись за границей, они понимали, что этот раз может оказаться последним, и лишний раз задумывались об отказе от возвращения.

О котором совершенно не надо думать гражданам стран, где о запрете на выезд не слышали. Американцу или европейцу вообще не объяснишь, что такое «отказ от возвращения на Родину», кому он должен адресоваться, и в чём выражаться.

Человек просто поехал за границу по своим делам, и находится там, сколько считает нужным. А в УК РСФСР «отказ от возвращения на Родину» был уголовным преступлением из диспозиции ст. 64 «Измена Родине», предусматривавшей наказание вплоть до смертной казни с конфискацией имущества. Два мира, два Шапиро.

Оригинал

Вход рубль, выход два: как советские граждане за границу ездили

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

Говорят, советскому гражданину выезд за границу был труден и печален, сопровождался похоронным звоном. Не знаю, не знаю. Мой отец, наверное, был не советским гражданином, хотя каким-то образом умудрялся в СССР строить самолеты. Но вот за границами бывал. 

Многие там бывали: кто-то по работе, кто-то в турпоездке, кто-то ездил к родственникам  (таких мало было, родственники за границей не приветствовались, это признаем) .

Говорят, инициативный выезд заграницу СССР был запрещен и страну окутывал железный занавес. Говорят много чего.

Потому сегодня – только факты.

1. Выездные визы из СССР действительно существовали. Считается, что получить ее было крайне сложно,  именно поэтому большинство граждан никогда не бывали за рубежом. Введение выездных виз на территории Советского Союза началось в начале 30-х годов, действовать они закончили 20 мая 1990 года.

Пишут, что оформление выездной визы  было целым квестом  независимо от цели поездки. Если,   целью поездки был туризм, то заявителю необходимо было в первую очередь составить на себя характеристику. Характеристика должны была быть положительной, в противном случае в визе могли отказать.

Читайте также:  Транзитная виза в Сингапур для россиян в 2021 году: нужна ли она для пересадки

Подписать ее должны были  директор, секретарь парткома и председатель профкома. Подтверждало все это партбюро, а потом рассматривалось на заседании районного комитета партии. 

И если все было нормально, то разрешение на визу давали. Из райкома сообщали в ОВИР,ОВИР отправлял сообщение в турбюро, что путевку можно продавать. 

Кстати, выездная виза выглядела примерно вот так 

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

2. Выезд из СССР был платным. Когда человек сдавал документы в ОВИР, то ко всему прочему должен был предоставить почтовую открытку с маркой – на ней ставили штамп, который означал приглашение заплатить госпошлину за визу. 

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

Суммы, наверное, менялись со временем, потому что кое-где упоминается 90 рублей, кое-где 200. По другим сведениям выезд в страну социалистического лагеря стоит 31 рублей, в капиталистическую – 201 рубль. 

3. Когда гражданин СССР выезжал за рубеж, внутренний общегражданский паспорт забирали. Кстати, брать с собой партбилет, профсоюзный билет или какой-либо еще документ было нельзя (даже лотерейные билеты и сберкнижки).

Вроде с официальной частью разобрались?

Самое забавное, что все эти жуткие и страшные препоны наши граждане умудрялись каким-то загадочным образом преодолевать. Возможно, они были не такими жуткими и страшными, возможно – существовали какие-то ходы и выходы, да и сами правила смягчались с годами.

Польша, Болгария, ГДР, страны  соцлагеря,  считались не такой уж и заграницей. Проемы возникали с обменом валюты – вернее, с тем  количество рублей, которые разрешали обменять при выезде.

С 1 января 1964 г. для поездок в соцстраны разрешалось обменять 30 рублей и, кроме того, взять с собой за границу еще 30 рублей. Из этих 30 рублей, 10 разрешалось обменять за пределами СССР, а оставшиеся 20 рублей необходимо было предъявить таможенникам при возвращении.

Нашел, что для поездки в США советским гражданам разрешали поменять валюту из расчета 2 доллара в день, в Финляндию – почти 1,5 доллара.

Ну и цены на поездки были не такими уж маленькими.

  • Поездки  в соцстраны и страны народной демократии стоили около 200 рублей. 
  • Пятнадцатидневное путешествие в Индию  — 430 рублей от Москвы. 
  • Путевка в Финляндию на 9 дней стоила 134 рубля от Ленинграда, на валюту разрешалось потратить 12 рублей. 
  • Круиз вокруг Европы на одном из самых комфортабельных в то время лайнеров «Шота Руставели» обходился в 500-800 рублей (в зависимости от класса каюты).
  • Круиз вокруг Западной Африки на теплоходе «Башкирия» стоил от 600 до 827 рублей, плюс дорога до Одессы и покупка валюты на 24 рубля.

Тем не менее, люди ездили. Вот табличка интересная.

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

А вы как, были где в те времена?

Как жители и граждане СССР могли выехать за границу

Советский Союз часто рисуют территорией зла, в которой только и делали, что занимались угнетением своих граждан. Особенно сейчас любят спекулировать о том, что в СССР массово “консервировали” своих граждан внутри страны и в никоем случае не соглашались выпускать их за границу. Как и водиться, во всех подобных легендах вместе существует правда и вымысел.

Оформите документы, пожалуйста

Тут, как говорится, есть палка о двух концах. В стране Советов за границу можно было выехать. Но здесь было несколько своих НО.

А у вас был загранпаспорт СССР?

Во-первых, более-менее свободно за рубеж ездили дипломаты(им по долгу службы положено), деятели культуры и спорта(хотя тут не обходилось без своих нюансов) а также, конечно, сотрудники разведывательных служб. Еще без особых проволочек давали право на выезд высокопоставленным члена партии. Ну это и неудивительно. А вот с рядовыми гражданами все обстояло совершенно иначе.

А директор не против?

Одним из первых нужно было решить вопрос с начальством. Директор предприятия, на котором работал гражданин, желающий съездить за границу, в независимости от места поездки — в страны соцлагеря(хотя тут было попроще) или в страны каплагеря, — должен был получить разрешение и положительную характеристику от своего начальника.

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

Потом нужно было получить то же от главы профкома и политкома. Тут, в основном, не обходилось без взяток и “сувенирщины”. Это когда желающий увидеть мир обязывался привезти всей этой братии какие-то сувениры из дальних и не очень стран. Обязывался он, конечно же, неофициально. Если же тут все проходило гладко и никто не ставил палки в колеса, можно было переходить к следующему этапу.

Государственный загранпаспорт

В СССР существовало такое удивительное учреждение — ОВИР, или же полностью — Отдел виз и регистрации. Именно туда нужно было идти с разрешениями от начальства, характеристиками, собственным паспортом, а также детальным и подробным объяснением, зачем же ты, гражданин лучшей страны в мире, собрался ехать куда-то за рубеж, особенно в страны “загнивающего капитализма”.

Тут, кстати, очень могло пригодиться так званое приглашение — письмо от родственников, проживающих за границей, в котором они предлагали приехать к ним в гости.

Достаточно часто без такого приглашения заявление могли вообще не рассматривать. Но все же — твое желание соизволили удовлетворить и рассмотрели заявку на заграничный выезд.

Но это было далеко не концом истории.

Заявки нужно было подавать очень заранее — за 45-ть дней до даты предполагаемого выезда в капиталистические страны, за 30-ть дней, если человек хотел поездить по социалистическому блоку.

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

При соблюдении всей бюрократии, прошение гражданина передавали в московский отдел КГБ, где его тщательно рассматривали в индивидуальном порядке.

А то как же — может ты неблагополучный, или вообще можешь владеть ценной информацией для врага.

Кстати, людей, работающих на госпредприятиях, связанных с военной или космической промышленностью, да на и всех других, за границу не выпускали на официальном уровне. При поступлении на работу они подписывали подписку о невыезде.

Когда принятое решение было положительным, на почту советского гражданина, изъявившего желание побывать за рубежом, приходил загранпаспорт. Его нужно было утвердить в том же ОВИРЕ, а также уплатить 105 рублей — 5-ку за саму загранку, еще 100 — за проделанный труд.

С чужими говорить запрещено

Но и тут влияние советского строя на жизнь и отдых своего человека не заканчивался. При посещении зарубежья, селили сссровца только в определенных гостиницах, шлятся “где попало” запрещали, вступать в беседы с иностранцами тоже было запрещено.

Выездные визы в СССР: как можно было выехать за пределы Советского Союза

Советских туристов постоянно пытались запихнуть в туристические группы, гид которых всегда тщательно следил за соблюдением этих указаний, а среди туристов всегда был засланный казачок, внимательно следивший за поведением своих же соотечественников, и при подозрении, что оный собирается бежать, тут же докладывал начальству. В общем, в таком отпуску особо не разгуляешься.

Заключение

В общем, послабление таких драконовских мер стало проявляться только в годы Перестройки и гласности. Ну оно и неудивительно.

Во все же остальное время, предшествующее правлению Горбачева, советский человек пусть и мог проехаться по миру и повидать дальние страны, но все это было связано с такой бюрократией, что оставались только самые стойкие.

Закон "О порядке выезда из СССР и въезда в СССР граждан СССР". Справка

Закон в соответствии с международными договорами СССР гарантировал гражданам страны право выезда из СССР и въезда в СССР, регулировал порядок выдачи заграничных паспортов гражданам СССР, устанавливал случаи временных ограничений права граждан на выезд из страны и порядок разрешения споров в связи с отказом в выдаче заграничного паспорта.

Согласно закону, граждане СССР могли выехать из страны и по личному заявлению, и по ходатайству государственных, общественных и религиозных организаций или предприятий.

Выезд из СССР или въезд в СССР осуществлялся по заграничным паспортам, выданным уполномоченными на то государственными органами. Заграничный паспорт был действителен для выезда из СССР во все страны мира.

Закон устанавливал, что при выезде из СССР необходимо наличие в заграничном паспорте въездной визы иностранного государства, в которое непосредственно въезжал гражданин.

До принятия закона документы на получение загранпаспорта могли рассматриваться очень долгий период.

Закон ввел жесткие сроки рассмотрения заявлений: заявления граждан о выдаче заграничных паспортов для временного пребывания за границей должны были рассматриваться в месячный срок, а если поездка связана со срочным лечением выезжающего, либо серьезной болезнью или смертью родственника, проживающего за границей, — в течение трех рабочих дней. Заявления о выдаче заграничных паспортов для выезда из СССР на постоянное жительство должны были рассматриваться в трехмесячный срок.

Согласно закону, среди оснований, по которым могли быть введены временные ограничения в праве на выезд из СССР, значились осведомленность гражданина в сведениях, составляющих государственную тайну, возбужденное против него уголовное дело, отбывание им наказания за совершение преступления и др. Гражданину СССР могли временно отказать в выдаче заграничного паспорта, если он подлежал призыву на действительную срочную военную службу — до ее прохождения или до освобождения от нее в соответствии с законом.

Закон оказался настолько прогрессивным, что Россия жила по нему еще несколько лет после распада Союза. Нормы закона бывшего Союза ССР от 20 мая 1991 г. в той мере, в какой они не противоречили Конституции Российской Федерации и ее суверенитету, действовали до принятия Федерального закона от 15 августа 1996 г. «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию».

В 1993 г. были отменены выездные визы и разрешена свободная выдача загранпаспортов.

Читайте также:  Налоги на прибыль, дивиденды, недвижимость на кипре в 2021 году

В течение более чем 10 лет, прошедших со дня принятия закона о свободном выезде, большинство россиян продолжали пересекать границу с документами несуществующего государства — СССР.

Хотя МИД РФ начал выдачу паспортов нового формата в конце 1996 года, подразделения МВД продолжали выдавать загранпаспорта на старых советских бланках вплоть до 2001 г.

Повсеместный же переход на выдачу новых загранпаспортов произошел лишь в 2002 г.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

Право на свободу выезда за пределы страны. Две истории времен СССР

Полагаю, что теперь, когда наше полушарие миновало макушку лета и открыт период массовых отпусков, наступил подходящий момент прочесть мои заметки про долгожданные зарубежные путешествия, не уходя при этом далеко от правовой стези, по крайней мере, в начале повествования…

I.

Конституция СССР 1977 г., в отличие от Конституции РФ 1993 г. (см. статью 27), прямо не предусматривала право советских граждан на выезд за пределы страны.

Вместе с тем это право предполагалось, оно выводилось путём системного толкования из содержания других норм и, в частности, статей 41 и 46, закрепляющих право граждан СССР на отдых и на пользование достижениями культуры.

Кратко напомню.

1. Статья 41: «Граждане СССР имеют право на отдых. Это право обеспечивается… развитием туризма…».

2. Статья 46. «Граждане СССР имеют право на пользование достижениями культуры. Это право обеспечивается…  расширением культурного обмена с зарубежными государствами…».

Ну, а какой же была правоприменительная практика, какой была реальность?

Об этом те, кто родились в середине 70-х гг. прошлого столетия и позже, узнают от своих более зрелых сограждан. Один из таких рассказов я услышал несколько дней назад, другой ‑ много раньше, несколько лет назад. Хочу поделиться услышанным с коллегами и другими пользователями портала Закон_ру.

А то ведь пройдёт ещё некоторое время, и некому будет рассказывать. В итоге эта тема обрастёт легендами и вымыслами, чего не хотелось бы.

В общем, сохраните ссылку на данный материал, а ещё лучше ‑ подпишитесь на мой блог (пишу не слишком часто, но уже написанного вам с избытком хватит до появления новых записей).

II.

Итак, 16 июля 2021 г. в студию радиостанции «Серебряный дождь», как всегда по пятницам, на утреннюю передачу В. Набутова пришёл в своё время очень известный журналист, телеведущий и общественный деятель (по образованию – историк) Николай Карлович Сванидзе.

В подтверждение известности (увы, это свойство быстротечно) напомню некоторые знаковые проекты Сванидзе: более 10 лет (1996-2008 гг.) он выступал ведущим аналитической передачи «Зеркало» на телеканале РТР (позже – «Россия»), затем являлся оппонентом С.

Кургиняна в историко-политическом шоу «Исторический процесс» на телеканале «Россия-1» (2011-2012 гг.) и т.д. Если согласиться с тем, что масс-медиа в обществе составляют четвертую власть, то в её структуре Николай Карлович сделал мощную карьеру: в 1997-1998 гг. он занимал пост Председателя ВГТРК.

Ныне же входит в Совет при Президенте РФ по развитию общества и правам человека.

В студии Николай Карлович в упомянутое июльское утро говорил о многом, обсуждая накопившиеся за неделю новости, а, помимо прочего, рассказал печальную историю своего близкого друга и однокурсника, образованного человека и талантливейшего парня, который спился и погиб во время сухого закона (почти дословная цитата).

Что же с ним случилось? Этот парень очень сильно хотел побывать за границей. Где угодно, только бы за пределами родной страны. И появилась надежда – съездить в Болгарию. Уж не знаю, шла ли речь о служебной командировке, туристической поездке или о чём-то ещё. Однако его остановили на комиссии старых большевиков в райкоме.

Тогда он стал пить всё, что имеет градус, а поскольку алкоголь купить было сложно, выпил жидкость для чистки ванн. И ушёл в мир иной.

Скептики могут усомниться в причине, побудившей друга Сванидзе пить, что ни попадя. Кто-то скажет, что повод для огорчения алкоголик всегда найдет: девушки не любят, начальство не понимает, зарплата маленькая, погода не радует, чёрная кошка перебежала дорогу и т.д. и т.п.

Но думаю, большинство слушателей и зрителей (эфир радиостанции транслируется и через YouTube-канал, с видео-картинкой) Николаю Карловичу поверили – с такими уверенными, убедительными интонациями он вынес свой вердикт тогдашней политической системе, сломавшей его друга.

Видеозапись из студии можно посмотреть здесь:

https://www.silver.ru/programms/s_privetom_nabutov/vipyski-programmi/materials-SvanidzeopismePrilepinastatePutinaipamyatkerossiyskimolimpiytsam/

Выбирайте 2-ю часть и тяните бегунок примерно до 15-й минуты. А там жмите «play». Сюжет небольшой, на пару минут. Краткий, но ёмкий. Рекомендую.

III.

Слушая историю Николая Карловича, я по ассоциации вспомнил другую, которую рассказал мне мой хороший товарищ и однокашник. Имела место она во второй половине 80-х гг. прошлого века, то есть по времени совпадает с историей Сванидзе (возможно, с точностью до года), и уместно её привести для сравнения и анализа тем, кому это интересно.

То ли через горком, то ли через обком ВЛКСМ мой товарищ приобрел туристическую путевку в Японию. Причём дело было отнюдь не в Москве, а в одном из областных центров за три тысячи километров от столицы, в Западной Сибири, где мой товарищ, как и я, трудился в уголовном розыске. Путевку приобрел свободно, желающих было немного.

Ведь стоило это удовольствие две или три тысячи рублей. Чтобы достаточно молодые читатели получили представление, о каких деньгах идет речь, скажу, что это была значительная часть (то ли четверть, то ли треть) стоимости нового автомобиля (самая популярная и престижная модель советского автопрома – ВАЗ-2109 – стоила тогда 8400 руб.

; новые иномарки были экзотикой), если, конечно, приобретать по госцене.

В этом месте моего рассказа кто-то вспомнит неувядающую классику советского кинематографа. Семен Семёнович корреспонденту: «Вообще, по правде говоря, я не хотел ехать. Я думал купить жене шубу…». Жена вмешивается: «Нет, шуба подождёт. Я считаю, главное ‑ это поглядеть мир!».

У моего приятеля на тот момент не было жены и детей. И на алкоголь, сигареты он не тратился, не кутил, серьёзно занимался спортом (довольно успешно выступал на соревнованиях по рукопашному бою). Посещение любых спортивных секций тогда, кстати, было бесплатным.

Тем более в спортивном обществе «Динамо» для сотрудников органов внутренних дел.

Кроме того, как раз тогда серьёзно стал сказываться товарный дефицит (когда деньги, вроде, есть, а купить желаемое очень непросто), и, оглядываясь в прошлое, я понимаю, что приятель неплохо распорядился своими накоплениями.

Теперь про комиссию в райкоме. С ней он, конечно, встретился, но вспоминает не с осуждением, а, скорее, с благодарностью. Готовился к вопросам. Они предполагались разные, не только о коммунистической партии Японии и её лидерах. Читал, думал.

Если не ошибаюсь, прочёл, помимо прочего, замечательную книгу В.В. Овчинникова «Ветка сакуры». Ну, а комиссию прошёл легко, с первого раза.

Однако благодарность испытывает не за это, а за то, что оказался в результате лучше подготовленным, информированным, путешествие получилось более интересным. Впечатления ложились на уже взрыхленную почву…

Из его рассказа собственно про поездку в Японию я помню уже не много. Могу сказать, что раздвижные двери с датчиком движения он впервые увидел именно там. То ли в гостинице, то ли в каком-то магазине.

А вот другая подробность, которая осталась в моей памяти, заслуживает много большего внимания. Мой товарищ зашёл в местный полицейский участок. Зачем? Осмотреться. Познакомиться с коллегами. Спросить про криминогенную обстановку.

Если повезет, обменяться (в пределах разумного, конечно) опытом борьбы с преступностью. Я, кстати, делал так не раз, когда, будучи в отпуске, приезжал в другие регионы нашей страны (Минск, Одесса, Сухуми и др.). Приятель шагнул дальше. Вы улыбнулись? И я улыбаюсь, когда пишу эти строки.

Читайте также:  Визовый калькулятор подсчета дней для пребывания в Шенгене по новым правилам в 2021 году

Какие же мы тогда были идеалисты и максималисты. Какие открытые были…

Хотите узнать, чем закончилась этот визит? Во-первых, японские коллеги выглядели ошарашенными, на контакт не пошли. Во-вторых, они доложили куда надо, и по дипломатическим каналам в отношении моего товарища пришла нота.

В-третьих, против моего приятеля после этой ноты не применили санкций (вопреки тому, что мог бы предположить Сванидзе и его собеседники из упомянутой выше радиостудии): не повязал суровый КГБ, не уволили со службы, и даже начальство не объявило ему выговор.

Проверяющие просто взяли объяснение и отстали.

Сейчас, когда в общественных обсуждениях вспоминают, как между СССР и Западом опустился железный занавес, нередко напоминают, что этот занавес опустила не наша страна. Для меня поход нашего соотечественника в японский полицейский участок показывает, кто опущенный железный занавес многие годы настойчиво прижимал к полу.

Ну, вот, пожалуй, и всё про вторую историю. Напоследок замечу, что в последние годы сотруднику современного российского уголовного розыска практически невозможно выехать в Японию по туристической путевке (увы).

Почему? Во-первых, потому что он – секретоноситель, допущен к документам с грифом «совершенно секретно» и если даже оформил себе загранпаспорт, должен передать его на хранение начальству.

Во-вторых, потому что всем сотрудникам органов внутренних дел, пусть и не имеющим допуска к секретным документам (допустим, патрульным полицейским) в Японию, как и в другие страны коллективного Запада, дорога закрыта.

Так решило руководство МВД России, и Верховный Суд России поддержал данное решение. Почувствуйте разницу времён! Эта тема уже обсуждалась на портале Закон_ру, так что входить в подробности не буду.

Ваши воспоминания и суждения, которые возникли после чтения моих заметок, приглашаю изложить в х. Мне будет любопытно их прочесть. Да и другим пользователям портала, думаю, тоже.

Как в СССР контролировали поездки за границу

Ходить в кафе одному, индивидуально пользоваться услугами гидов, жить в частных квартирах — это минимум запретов для гражданина СССР, выпущенного государством за пределы страны.

«Выпускниками» заведовала партийная комиссия по выездам за границу. Историю комиссии с помощью ранее не публиковавшихся архивных документов реконструировал профессор НИУ ВШЭ Игорь Орлов. По материалам его исследования IQ.

HSE рассказывает о правилах и табу советского человека за рубежом.

Надзор в интересах

За выезжающими из Страны Советов гражданами контроль был всегда. А с образованием СССР для этого понадобился общегосударственный орган. С середины 1920-х годов им стала Комиссия по выездам за границу ЦК ВКП(б).

В 1930-х она санкционировала отправку каждого командированного и каждой делегации (служебной или редкой для тех лет туристической), рассматривала благонадежность кандидатов и целесообразность поездок, в чем отчитывалась перед Центральным Комитетом партии, который утверждал ее решения.

Комиссия трудилась в тесном контакте с НКВД. Причем активно в ее деятельность вмешивался лично Сталин. В 1943-м «отец народов» подписал Постановление Государственного комитета обороны, в котором для улучшения зарубежной работы советской разведки требовалось:

«посылать за границу кадровых работников соответствующих органов в составе различных комиссий и делегаций»;

«привлекать к разведывательной работе “отдельных известных учёных, писателей, художников, артистов”, направляя их за рубеж по линии Академии наук, Союза советских писателей и т.п.».

Постановлением также поручалось разработать инструкцию о правилах поведения советских граждан за границей и сделать это — в интересах все тех же разведчиков.

Разумная общительность

  • Составители правил 1943 года исходили из того, что загранкомандировка — величайшее доверие со стороны власти, а тот, кто его не оправдает, понесет суровое наказание.
  • Кроме сохранения гостайны и законопослушания, с выезжающих требовали политическую бдительность и высокие моральные качества. Не допускалось, например:
  • сближаться с попутчиками и служащими гостиниц;
  • ходить в кафе и рестораны одному;
  • посещать антисоветские выставки и спектакли, смотреть антисоветские кинокартины и читать антисоветские издания. При этом сущность антисоветского толковалась весьмашироко — проще было «перебдеть»;
  • брать для ознакомления с достопримечательностями проводников-гидов.
  • оставаться наедине с женщиной в спальном купе;
  • устраивать в номере вечеринки со спиртным и принимать женщин;
  • посещать публичные дома, ночные кабаре и прочие места сомнительных увеселений (прежде всего, стриптиз-бары, наличием которых, наряду с «загнивающим» Западом, могла похвастать социалистическая Югославия);
  • принимать подарки.

Это лишь толика запретов — весь перечень состоял из девяти страниц. Не уступали ему и инструкции, появлявшиеся позже — в 1947, 1955 и 1979 годах.

От строителей коммунизма требовали осторожности в переписке и личных контактах, ограничивали свободу передвижения. А с 1955 года советским людям, попавшим на Запад и по определению гордым за процветающую Родину, предписывалась еще и «разумная общительность»: «не держаться замкнуто и высокомерно по отношению к гражданам страны пребывания».

Система в действии

В 1955 году инструкций стало две — отдельно для капиталистических и социалистических стран. Обе разрабатывались Комиссией по выездам за границу, которая к тому времени уже потеряла приписку ВКП(б), но лишь потому, что партия с 1952 года сменила название на КПСС.

Сама Комиссия к середине 1950-х пережила ряд реорганизаций. В 1944 году ее повысили до уровня отдела ЦК. А в 1947-м — ликвидировали: два года вместо нее работало Бюро в составе Комитета по информации при Совмине СССР.

Но систему выезда эти метаморфозы не затронули — он жестко регламентировался от и до.

Бюро, а затем снова Комиссия, делали одно и то же: решали вопросы по служебным и частным поездкам, оформляли необходимые документы для партийных делегаций, тщательно проверяли тех, кого командировали организации, изучали «обоснованность и практическую целесообразность» просьб от частных лиц, разъясняли под личную расписку нормы поведения на территории других государств.

Конец монополии

Система дрогнула с началом «оттепели». Туристические поездки постепенно выходили на массовый уровень, правила выезда упрощались, а следом потянулся и процесс децентрализации партконтроля:

с июля 1955 года миновать Комиссию по выездам разрешили путешествующим в страны народной демократии (для выезжающих к «капиталистам» сохранялся прежний порядок);

в июле 1959-го появился перечень лиц, получавших для выезда дипломатические (с правом дипломатического иммунитета) и служебные паспорта. Последние выдавались, например, авиаторам и гражданам, работающим или проходящим военную службу за границей. Дипломатического иммунитета служебный паспорт не обеспечивал;

в дружественные государства стало возможно ездить по специальным удостоверениям и внутренним паспортам СССР со специальными вкладышами.

В 1962 году для поездок в страны социалистического блока отменялись письменные обязательства о соблюдении правилах поведения за рубежом. А Комиссия по выездам, в функции которой входило брать эти обязательства, перестала быть контролером-монополистом.

С 1956 года начали появляться подобные комиссии в регионах — при республиканских, краевых и областных парторганизациях. В компании с местными органами КГБ они занимались туристами. Частные вояжи отошли в ведение Отдела виз и регистрации (ОВИР) МВД СССР. На «попечении» всесоюзной Комиссии фактически остались только загранкомандировки.

Неуправляемые

В 1979 году перечень правил поведения для выезжающих за границу в очередной раз обновили.

Попасть туда было по-прежнему непросто: подача документов и ожидание разрешения занимали несколько месяцев, а отказать могли с официальной формулировкой «без объяснения причин». Но ситуация с международным туризмом существенно изменилась.

  1. Число путешественников за «железный занавес» уже исчислялось миллионами (для сравнения во второй половине 1950-х количество счастливчиков не превышало нескольких тысяч), расширялись и совершенствовались потребительские практики, в силу чего регулирование нуждалось в дополнительных табу.
  2. В инструкциях, подготовленных центральной Комиссией по выездам, появились новые запреты:
  3. не посещать районы проживания эмигрантов и других категорий населения, враждебно настроенных по отношению к СССР;
  4. не приобретать и не ввозить в СССР литературу, фильмы, магнитофонные записи, открытки и другую печатную продукцию антисоветского или порнографического содержания;
  5. не участвовать в публичных выступлениях, если это не предусмотрено командировочным заданием;
  6. не производить без разрешения обмен советских денег на иностранную валюту;
  7. не заключать устные или письменные соглашения на производство работ и не осуществлять любую платную или бесплатную деятельность;
  8. не увлекаться приобретением вещей и ценностей;
  9. не продавать и не обменивать вывезенные за границу и приобретенные там личные ценности.

Но держать советских туристов в узде становилось все сложнее. «Контакты с западным миром расширялись и подготавливали население к представлению о том, что поездка за границу является частным делом, а не проявлением особого доверия со стороны партийно-государственного аппарата», — пишет Игорь Орлов.

«Попытки управлять поведением человека посредством разрешительно-запретительных практик» постепенно сходили на нет. Комиссия по выездам за границу ЦК КПСС прекратила деятельность в августе 1991-го — в год запрещения в стране КПСС и развала самой страны.IQ

Автор исследования:

Автор текста: Салтанова Светлана Васильевна, 28 ноября, 2019 г.

Подпишись на IQ.HSE

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *